Зеркало в Мюнхене

Новинки
 
Ближайшие планы
 
Книжная полка
Русская проза
ГУЛаг и диссиденты
Биографии и ЖЗЛ
Публицистика
Серебряный век
Зарубежная проза
Воспоминания
Литературоведение
Люди искусства
Поэзия
Сатира и юмор
Драматургия
Подарочные издания
Для детей
XIX век
Новые имена
 
Статьи
По литературе
ГУЛаг
Эхо войны
Гражданская война
КГБ, ФСБ, Разведка
Разное
 
Периодика
 
Другая литература
 
 
Полезные проекты
 
Наши коллеги
 
О нас
 
 
Рассылка новостей
 
Обратная связь
 
Гостевая книга
 
Форум
 
 
Полезные программы
 
Вопросы и ответы
 
Предупреждение

Поиск по сайту


Сделать стартовой
Добавить в избранное


Жизнь, на мой ничтожный взгляд,
устроена проще, обидней и
не для интеллигентов.

Михаил Зощенко


Здесь вы можете познакомиться с русской и зарубежной прозой, а также стихами, статьями, очерками, биографиями, интервью. Наша цель — вернуть читателю забытые имена, или познакомить с малоизвестными авторами, которые в силу сложившихся обстоятельств вынуждены были покинуть СССР и были преданы забвению. А также литературу широко известных авторов, произведений которых пока в интернете нет. Наше кредо: прочел хорошую книгу — поделись с ближним.


НОВИНКИ

21 сентября 2006

  • К.Цетник (Израиль) — повесть "Дом кукол"
  •       Эта ветхая книжечка из пожелтевшей рассыпающейся бумаги, с нечетким, иногда неразборчивым принтом — пожалуй, один из немногих уцелевших экземпляров. Я посчитал своим долгом сберечь, не дать пропасть одному из свидетельств трагедии моего народа.
          Давид Титиевский

          "В барак вошел главный немецкий врач с группой помощников. Одетый в белый халат, застегнутый до шеи и с эсэсовской фуражкой на голове. Его лицо был озабочено. Он обходил все клетки и проверял написанное на черной табличке, висящей на крючке у каждой зарешеченной кабинки.
          Говорил он тихо, степенно. Точно таким же тоном, когда увидел на теле след от удара плетки кальфакторши.
          Он обходил клетки-кабины и смотрел через решетки на находящихся там девушек, как ученый глядит на своих подопытных кроликов. Девушки не поднимали голов от вышивания.
          В некоторых клетках находились девушки, опыты над которыми требовали длительного времени: опыты по искусственному осеменению, по зарождению двойни, естественным выкидышам, преждевременные роды, разные методы кастрации и прекращение беременности. Слева были клетки для опытов по хирургии. Тут девушки менялись часто: их лишали естественных женских органов и прививали искусственные; им делали инъекции разными, не испытанными ранее химическими препаратами; на них проверяли действие разных отравляющих таблеток.
          Тут же, вблизи барака, разместился «институт» лагеря. Здание было построено у боковой дорожки, среди грядок и клумб красных цветов. Даже проволочная ограда была здесь украшена вьющимися пахучими цветами. Посторонний не имел права ступать сюда. На вывеске было выведено: «Институт по гигиене и исследовательской работе»."

  • Андрей Лесков — книга "Жизнь Николая Лескова по его личным, семейным и несемейным записям и памятям"
  •       "С появлением труда Лескова-сына в литературоведении была вполне осознана исключительная важность для биографии писателя не только эпизодов его литературно-общественной полемики 1860-х годов, но и таких более поздних событий, как отрешение Лескова от службы в комитете по изданию книг для народного чтения за неугодную официальному миру литературную деятельность; борьба с одним из вождей реакции 1880-х годов «Лампадоносцевым» (Победоносцевым); цензурное запрещение VI тома собрания сочинений Лескова, нанесшее непоправимо тяжелый удар здоровью писателя; солидарность с Львом Толстым...
          Соединяя обилие фактов, показывающих развитие Лескова-человека, Лескова-гражданина, Лескова-мыслителя, Андрей Лесков неуклонно воплощает принцип сквозной проверки показаний источников, начиная с данных автобиографических, представленных самим писателем. Разыскания Лескова-сына внесли в Лесковиану важнейший вывод: подлинная биография отцом непрерывно беллетризуется. Литературное корректирование действительных событий проникает даже в наброски лесковских автобиографий. Вместе с тем Андрей Лесков, живший в сфере лесковского бытия, показывают густую насыщенность сочинений отца реальным автобиографическим элементом — от описания фамильной обстановки до сюжетного использования эпизодов лесковской жизни. Писатель поступал «беспощадно к самому себе», не однажды избирая «рабочей темой» то, что было «личной тяжелой драмой»."
          (Из предисловия)

  • Наталия Сац — воспоминания "Новеллы моей жизни"
  •       «Боже, царя храни!» пела шестилетняя девочка, дочь известного композитора Ильи Саца, в хоре музыкальной школы. А в шестнадцать лет, ошеломляюще красивая, и талантливая, уже руководила первым в мире детским театром.
          Наталия Сац прожила долгую, удивительно яркую, поразительно богатую по своей драматичности жизнь. В 1937 году ее постигла участь многих соотечественников: арест, тюрьма, ссылка, долгая разлука с детьми. Но эту сильную женщину ничто не могло сломить. Вернувшись в Москву, Наталия Сац снова занялась делом всей своей жизни: строительством — и в прямом и в переносном смысле — первого в мире Детского Музыкального Театра.

          В этой книге — как говорила сама Наталия Ильинична Сац — «нет вымысла. Это путешествие по эпизодам одной жизни, с остановками около интересных людей». Путешествие, очень похожее на какой-то фантастический триллер. Выдумать такую удивительную правду могла только сама жизнь.

  • Дмитрий Волкогонов — "Ленин", книга вторая глава третья "Духовный космос"
  •       "По сути, и террор, и политические убийства, и церковные конфискации, и концлагеря для инакомыслящих вписываются в нравственные дела, ибо на такой основе и строился коммунизм. Вероятно, это одна из самых глубоких греховностей вождя. Он превратил мораль в политизированное, классовое духовное образование. Как пишет Д. Штурман, „социальная этика Ленина... в этой речи, обращенной к невежественным подросткам, составляющим основную массу комсомольцев начала 20-х годов, целиком укладывается в роковую формулу Гитлера: „Я освобождаю вас от химеры совести"."

  • Нина Берберова — сборник "Рассказы в изгнании"
  • Александр Огнев:
      — роман "Невская САГА", книга 3-я "Уйти в пустоту" (отрывки)
      — рассказ "Танго"
      — рассказ "Ноктюрн"
  • Мишель Уэльбек (Франция):
      — роман "Расширение пространства борьбы" (1994)
      — роман "Элементарные частицы" (1998)
      — публицистика "Мир как супермаркет" (1998)
      — роман "Лансароте" (2000)
      — роман "Платформа" (2001)

  • Страсти по "Тихому Дону" продолжаются:

    Недавно в Москве вышла книга израильского литературоведа Зеева Бар-Селлы под названием «Литературный котлован» и подзаголовком «Проект «писатель Шолохов»».

    Семен Резник — интервью с Зеевом Бар-Селлой

    Сергей Кормилов — эссе "Литературное чучело" в журнале "НЛО" 2006, №79

    А. Рейтблат — эссе ""Шолохов" и Шолохов" в журнале "НЛО" 2006, №79

    Евгений Добренко — эссе "Между литературоведением и детективом" в журнале "НЛО" 2006, №79


  • Сайт "Архив Всеволода Сахарова"
  • Авторский сайт Станислава Говорухина
  • Сайт "Художник Сергей Романович в живописи и слове"
  • Об уникальности проекта — впервые Полное собрание сочинений Бориса Пастернака — читайте в газете "Известия"
  • Писатель Петр Вайль: "Напрячься труднее, чем расслабиться" в журнале "Огонёк"
  • Литератор Юрий Арабов: "Мне не нужны мои фильмы" в газете "Известия"
  • Писатель Амос Оз: "Кибуц был моим лучшим университетом" в газете "Известия"
  • Катерина Довлатова: "Отец не любил Фэй Данауэй, раздувавшую ноздри" в газете "Известия"
  • Вдова Зиновия Гердта Татьяна Правдина: "Я о муже не вспоминаю, потому что он всегда со мной" в газете "Известия"

    • Сезон туманов и дождей...
      Его дыханье непременно
      Уловят чуткие антенны
      Листву утративших ветвей.

      И от костров далеких дым
      Рассеет над землёю ветер...
      И в призрачном туманном свете
      Весь мир покажется иным.

      Как сквозь ненастное окно,
      Глядят глаза, не узнавая,
      ...А где-то музыка играет,
      Как сон, забытая давно.

      Средь близких и чужих людей,
      Среди надежд, забытых нами,
      Незримо бродит наша память
      В сезон туманов и дождей...

    Чистые, светлые, печальные стихи. Перечитайте лирику Татьяны Селиванчик. Непременно найдете что-то для души.
    Александр Белоусенко


  • Архив:

    24 ноября 2005
    22 декабря 2005
    15 января 2006
    19 февраля 2006
    22 марта 2006
    2 мая 2006
    4 июня 2006
    15 июля 2006
    27 августа 2006
    6 сентября 2006


Дизайн и разработка © Титиевский Виталий, 2006
Администрирование © «Im Werden», 2006