Новинки
 
Ближайшие планы
 
Архив
 
Книжная полка
Русская проза
Зарубежная проза
ГУЛаг и диссиденты
КГБ
Публицистика
Серебряный век
Воспоминания
Биографии и ЖЗЛ
Литературоведение
Люди искусства
Поэзия
Сатира и юмор
Драматургия
Подарочные издания
Для детей
XIX век
Новые имена
 
Статьи
По литературе
ГУЛаг
Эхо войны
Гражданская война
КГБ, ФСБ, Разведка
Разное
 
Периодика
 
Другая литература
 
 
Полезные проекты
 
Наши коллеги
 
О нас
 
 
Рассылка новостей
 
Обратная связь
 
Гостевая книга
 
Форум
 
 
Полезные программы
 
Вопросы и ответы

Поиск по сайту


Сделать стартовой
Добавить в избранное

Библиотека Im-Werden (Мюнхен)

Конецкий В.В. Морской литературно-художественный фонд имени Виктора Конецкого

Рубен Давид Гонcалес Гальего

Олег Греченевский. Публицистика

Жизнь, на мой ничтожный взгляд,
устроена проще, обидней и
не для интеллигентов.

Михаил Зощенко

Я убеждён в том, что любое искусство, литература —
прежде всего, существуют для того, чтобы давать
людям надежду, помогать им жить.

Анатолий Приставкин


Здесь вы можете познакомиться с русской и зарубежной прозой, а также стихами, статьями, очерками, биографиями, интервью. Наша цель — вернуть читателю забытые имена, или познакомить с малоизвестными авторами, которые в силу сложившихся обстоятельств вынуждены были покинуть СССР и были преданы забвению. А также литературу широко известных авторов, произведений которых пока в интернете нет. Наше кредо: прочел хорошую книгу — поделись с ближним.


НОВИНКИ

13 мая 2008

  • Сергей Гусев-Оренбургский — "Багровая книга. Погромы 1919-20 гг. на Украине"
  •       "«Багровая книга» — страшная книга. Багровая она потому, что на ее страницах реками запеклась человеческая кровь.
          Таких книг немного в истории народов.
          Составлена «Багровая книга» по официальным документам, докладам с мест и опросам пострадавших. Но документы эти и официальные материалы никогда бы не зазвучали с такой силой, если бы они не попали в руки большого русского писателя и гуманиста Сергея Ивановича Гусева-Оренбургского.
          Это он, сын оренбургского казака, бывший священник, содрогнулся от вида человеческих деяний. Страницы его книги не говорят,— они кричат от боли и гнева.
          «Багровая книга» начинается с Пролога. Он — как звуки трагической увертюры — простые, точные, краткие слова с силой падают и ударяют по струнам, предвещая бурю:
          «Проходит перед нашими глазами... массовое кровавое действо,— страшный кровавый разлив, оставивший за собой все ужасы протекших времен.<...>
          Вот уже более 60 лет «Багровая книга» захоронена в советских архивах. Считаем своим долгом выпустить эту книгу в свет, вытащить ее из архивной пыли, не изменив в ней ни строчки, ни орфографии,— с тем, чтобы слова этой БАГРОВОЙ книги — въелись в память всех — евреев и неевреев.
          Такие книги должны жить, потому что они предотвращают угрозу новой Катастрофы.
          Никакое описание не может передать ужас от простых и беспощадных слов этой книги.
          Пусть потомки искалеченных, изнасилованных, зарубленных — всех убиенных — и потомки тех, кто калечил, насиловал, убивал, прочитают эту страшную книгу. И пусть они объединятся, чтобы никогда не допустить повторения жутких насилий над человеком,— над человеком, какой бы он ни был расы, национальности и вероисповедания.<...>
          Нам выпала большая честь — возродить из пепла эту пламенную книгу. И каждый, кому попадет в руки эта книга, должен сохранять и передавать ее из поколения в поколение — чтобы она никогда не пропала, не была сожжена, не затерялась в архивах... Ибо своим широким распространением она может предотвратить новое преступление."
          (Из предисловия Розы Бронской)

  • Василий Вонлярлярский (XIX век) — сборник прозы "Большая барыня"
  •       Василий Александрович Вонлярлярский (1814-1852) — популярный русский прозаик середины XIX века.
          Сборник открывает лучший роман писателя — «Большая барыня», где на фоне картин провинциальной жизни разворачивается сложная социально-психологическая драма. Жанр повести в письмах «Ночь на 28-е сентября» позволяет автору сосредоточить внимание на переживаниях своих героев. Зарубежные впечатления писателя лежат в основе рассказов «Воспоминание о Захаре Иваныче», «Байя», «Абдаллах-Бен-Атаб», «Поездка на марсельском пароходе», «Турист».
          (Аннотация издательства)

  • Иван Ершов (выдающийся русский оперный певец) — "Дневники Ивана Ершова" и воспоминания о нём (тексты содержат уникальные фотографии):

    — "Дневники (мысли) Ивана Ершова"
    М. Янковский. "Иван Ершов и русская опера"
    — "Воспоминания":

      Игорь Ершов. "Об отце"
      Елизавета Шведе. "Из минувшего"
      Георгий Верейский. "Встречи"
    Софья Акимова-Ершова. "Двадцать семь лет на одном дыхании"
    Cергей Левик. "Музыкальный нерв"
    Н. Чашников. "...Смотри, слушай, учись"
    Ксения Ершова-Кривошеина. "Познай самого себя"
    Э. Каплан, В. Музалевский, Б. Альмединген. "Учитель — ученик"
    — "Летопись жизни и творчества Ивана Ершова"

  • Анатолий Приставкин — повесть "Радиостанция «Тамара»"
  •       "Чем же был для нас аэродром, как не новой, грядущей цивилизацией, возникшей на костях наших предков, на их домах и огородах, и нетрудно вспомнить, что еще в недавние времена на месте взлетной полосы колосился хлеб и росла капуста с картошкой. А мы, несуразные потомки тех хлеборобов, освоились, и освоили, и приспособили для себя аэродром со всем, что ему принадлежит, мы и были муравьи в том общем историческом процессе, на фоне возводимых нами ангаров и сверкающей, гремящей своей мощью на всю вселенскую новой боевой техники. Мы проросли через самую крепкую нержавейку и дюралюминий, мы обогрели живым дыханием эту мертвую технику, обогатив ее тем, что живые, мы отдали ей часть нашей души и получили взамен прочные, надежные укрытия в ненастье и мороз... Мы научились гнать в своих бытовках дедовским примитивным способом зеленый самогончик, но, правда, не из домашней свеклы со своего огорода, а из гидравлики, добытой в тех же самолетах. И даже закусь была, потому что под боком странная установка испытывала остекленные части кабины при помощи особой пращи, которая швыряла с силой в стекло самых что ни на есть магазинных, а значит, дефицитных, потрошеных цыплят, они должны были имитировать столкновение птиц с самолетом в воздухе. Правда, вид у них после таких ударов был уже не столь товарный, но в пищу (в нашу пищу!) они годились!"
          (Фрагмент)

  • Анатолий Приставкин — повесть "Золотой палач"
  •       "Когда-то я здесь тоже кое-что заначил, и оно должно было меня дожидаться, если, конечно, никто мою заначку не распотрошил. Но сейчас было не до этого. Я присел на железный край койки и стал соображать. Соображения были самые простые. Влип из-за девки, а теперь утопят. В дерьме. Я уже слышал, что урки изобретательный народ. Особенно, если надо какое дельце похоронить. И бабкам на пирожки или на студень продадут, и в ледяную горку зимой могут залить. Так что это еще не самый худший конец. Только противно в дерьме среди белых червей плавать. Сверху через дырки рыла глазеют, отталкивая друг друга, а то и гогочут, потешаются, тоже ведь зрелище. Хоть в нос шибает. А ты с вытаращенными от ужаса глазами еще дрыгаешься, чтобы на поверхности удержаться, и голову задираешь кверху, чтобы воздуха чуть глотнуть…"
          (Фрагмент)

  • Райнер Мария Рильке (Австрия) — Рильке. Пастернак. Цветаева. "Письма 1926 года" (файл содержит уникальные фотографии)
  •       "При подготовке этой книги нам пришлось столкнуться с явлением редкой лирической высоты и силы. Удивительные и во многом трагические обстоятельства соединили в начале 1926 года трех великих европейских поэтов. Старшему из них, Райнеру Мария Рильке, исполнилось к тому времени 50 лет. Крупнейший немецкоязычный поэт XX века, Рильке жил тогда в Швейцарии в уединенном маленьком замке Мюзо; мучительная болезнь заставляла его подолгу лечиться на курортах и в санаториях. Именно там, в местечке Валь-Мон, и начинается в мае 1926 года его общение с молодыми русскими поэтами — Борисом Пастернаком и Мариной Цветаевой, уже ранее связанными между собой дружбой и длительной перепиской..."
          (Из предисловия)

  • Георгий Жжёнов — рассказы из сборника "Прожитое":

    — Поворот судьбы
    — Убийство
    — Клейменый

  • Людмила Улицкая — пьесы:

    — Семеро святых из деревни Брюхо
    — Русское варенье
    — Мой внук Вениамин

  • Нина Берберова — эссе "Набоков и его «Лолита»"
  •       "Начиная с Лермонтова (к слову сказать), русские переводчики почти всегда делали иностранный текст более вялым, пуританским, скучным — безотносительно к качеству перевода — лишали его улыбки, если она была, или намека на нее, если она только подразумевалась. Это продолжается по сей день, когда переводят почему-то особенно полюбившегося нашим поэтам 50-х годов, умершего 30 лет тому назад Рильке, отнюдь не пуританина и человека весьма иронического. Можно представить себе, что и «Лолита» по-русски будет звучать иначе, чем она звучит по-английски, без того жесткого и смешного «духа Аристофана», который нескольких критиков заставил назвать роман «комической книгой»."
          (Фрагмент)

  • Игорь Шафаревич — статья "Законодательство о религии в СССР"
  • Фридрих Горенштейн — эссе "Nature morte в венке из живых слов. Беседы с Ефимом Эткиндом"
  • Олег Греченевский — книга "Истоки нашего "демократического" режима" (часть 14-я)
  • Владимир Левин: "От Катыни до Хатыни" на сайте "Мы здесь"
  • Валерия Новодворская: "Народный мститель самиздата" (Леониду Бородину — 70 лет!) на сайте "Грани"
  • Статья "Сын Владимира Набокова решил судьбу последнего романа отца" на сайте "Лента.ру"
  • А.Н. Артизов: "Очистим Россию надолго" (К истории высылки интеллигенции в 1922 г.) на сайте "Архивы России"
  • Литературный сайт Александра Тарнорудера

Дизайн и разработка © Титиевский Виталий, 2005-2008.
MSIECP 800x600, 1024x768