Поиск в нашей библиотеке и на сервере imwerden.de
Новинки
 
Ближайшие планы
 
Архив
 
Книжная полка
Русская проза
Зарубежная проза
ГУЛаг и диссиденты
КГБ
Публицистика
Серебряный век
Воспоминания
Биографии и ЖЗЛ
Литературоведение
Люди искусства
Поэзия
Сатира и юмор
Драматургия
Подарочные издания
Для детей
XIX век
Новые имена
Журнал "Время и мы"
 
Статьи
По литературе
ГУЛаг
Эхо войны
Гражданская война
КГБ, ФСБ, Разведка
Разное
 
Периодика
 
Другая литература
 
 
Полезные проекты
 
Наши коллеги
 
О нас
 
 
Рассылка новостей
 
Обратная связь
 
Гостевая книга
 
Форум
 
 
Полезные программы
 
Вопросы и ответы

Сделать стартовой
Добавить в избранное

Библиотека Im-Werden (Мюнхен)

Конецкий В.В. Морской литературно-художественный фонд имени Виктора Конецкого

Рубен Давид Гонcалес Гальего

Олег Греченевский. Публицистика

Отдав искусству жизнь без сдачи... Сайт о Корнее и Лидии Чуковских

Литературный журнал ГОРCT

Жизнь, на мой ничтожный взгляд,
устроена проще, обидней и
не для интеллигентов.

Михаил Зощенко

Я убеждён в том, что любое искусство, литература —
прежде всего, существуют для того, чтобы давать
людям надежду, помогать им жить.

Анатолий Приставкин


Здесь вы можете познакомиться с русской и зарубежной прозой, а также стихами, статьями, очерками, биографиями, интервью. Наша цель — вернуть читателю забытые имена, или познакомить с малоизвестными авторами, которые в силу сложившихся обстоятельств вынуждены были покинуть СССР и были преданы забвению. А также литературу широко известных авторов, произведений которых пока в интернете нет. Наше кредо: прочел хорошую книгу — поделись с ближним.


НОВИНКИ

2 февраля 2010

  • Журнал "Время и мы" (№3, январь 1975; PDF 2,4 mb)
    Журнал "Время и мы" (№4, февраль 1975; PDF 1,6 mb)
    Журнал "Время и мы" (№5, март 1975; PDF 1,8 mb)
  • Братья Гонкур (Франция) — "Дневник: Записки о литературной жизни" (в 2-х томах)
  •       «Дневник» братьев Гонкуров — явление примечательное. Уже давно он завоевал репутацию интереснейшего документального памятника эпохи и талантливого литературного произведения.
          Всякий, кто интересуется французской культурой прошлого века, не может миновать «Дневник», со страниц которого встают многочисленные образы деятелей литературы, искусства, науки — крупнейших, памятных нам и по сей день, и второстепенных, в том числе ныне уже забытых, но сыгравших определенную роль в умственной и художественной жизни своего времени.
          Наполненный огромным историко-культурным материалом, «Дневник» Гонкуров вместе с тем не мемуары в обычном смысле. Это отнюдь не отстоявшиеся, обработанные воспоминания, лишь вложенные в условную дневниковую форму, а живые свидетельства современников об их эпохе, почти синхронная запись еще не успевших остыть, свежих впечатлений, жизненных наблюдений, встреч, разговоров. Запись тем более интересная, что авторы с удивительной последовательностью и упорством вели ее день за днем на протяжении долгих лет. Гонкуры мыслили «Дневник» как своего рода «стенограмму» действительности; многое в нем показано эскизно, фрагментарно, порой поверхностно. Но при чтении «Дневника» недостаточная глубина анализа и незавершенность образов искупаются острым ощущением встречи с «живой жизнью», как бы захваченной авторами врасплох, — ее теплом обдает читателя каждая страница, он словно вступает в непосредственное, интимное соприкосновение с миром, запечатленным Гонкурами...
          (Аннотация издательства)

  • Людмила Сараскина — книга "«Бесы»: роман-предупреждение" (PDF 4,1 mb)
  •       В «Бесах» Достоевского с пугающей силой предвидения было угадано многое из того, что явила наша последующая история. Однако роман, с навешенным на него ярлыком «махровая реакция», долгие годы принято было клеймить и обличать.
          Книга Л. Сараскиной рассказывает об историческом, духовном и художественном опыте, который заключает в себе роман-предупреждение Достоевского. Деятельность идейных наследников Петра Верховенского и Шигалева прослеживается в России 30-х годов, в ряде других стран, исследуется на материале произведений Е. Замятина, И. Бунина, В. Короленко, М. Волошина, М. Горького, А. Белого, Дж. Оруэлла, Б. Можаева, творчества Р. Тагора, Акутагавы Рюноскэ...
          (Аннотация издательства)

  • Роберт Юнг (Австрия) — книга "Лучи из пепла: История одного возрождения" (1962; PDF 2,6 mb)
  •       «Лучи из пепла» — книга о трагедии Хиросимы. Она принадлежит перу видного австрийского публициста Роберта Юнга (Robert Jungk), который уже известен советскому читателю как автор «Ярче тысячи солнц». Свою новую книгу Юнг сам считает наиболее важной из всех, написанных им до сих пор, ибо, по его собственному признанию, «его усилия понять послевоенную историю Хиросимы и рассказать о ней во всеуслышание придали его жизни новый смысл».
          У книги есть подзаголовок — «История одного возрождения». Автор пытается проследить более чем десятилетний извилистый путь залечивания ран, нанесенных Хиросиме атомной бомбой. И картина, нарисованная им, способна потрясти, она полна противоречий и поистине кричащих несоответствий...
          (Из аннотации издательства)

  • Борис Сергуненков — Сборник сказок (1983; PDF 8,2 mb)
  •       Литературные сказки о борьбе добра и зла, о человечности и лжи, о трудолюбии, о торжестве ума и справедливости.
          (Аннотация издательства)

  • Иван Басаргин:

    — роман "В горах Тигровых"
    — повесть "Чёрный Дьявол"

  •       "Страшно, что так быстро идут годы. Но их не удержишь. Всё уходит, всё проходит. Остаются лишь люди и земля. Погиб отец, спасая других. Памятник в чьих-то душах оставил. А надолго ли? Кто вспомнит, что Феодосий Тимофеевич Силов погиб ради счастья людского? Разве что шалый ветер, что пронесется над бухтой, да небо, что смотрит на людей ясными глазами…
          Человек живет один раз. И то его жизнь чаще кособокая. Кто мешает жить во всю ширь? Может быть, ты сам в этом повинен? А может быть, злые люди? Кто бы ни был виноват, а радостей с гулькин нос, а вот болей и печалей — полный короб, воз тяжкий. И везешь ты этот воз, человек, и тянешь ты его до могилы. А жить бы тебе надо с вечной улыбкой, с вечной радостью, потому что жизнь коротка, потому что ты — человек. Жизнь твоя должна быть похожа на солнечный день, на вечное лето…"
          (Фрагмент романа)

  • Григорий Бакланов — сборник эссе и рассказов "Жизнь, подаренная дважды"
  •       "Но самой колоритной фигурой в институте был заведующий военной кафедрой полковник Львов-Иванов. Партизанский командир времен гражданской войны, он сохранился в первобытном состоянии, был простодушен на удивление, а когда выступал на собраниях, радовал всех. Он говорил: «Захожу в мужскую уборную, на стене — хэ, у и другие буквы...» И недоумевал: почему смеются? Он говорил: «Захожу в мужское общежитие, сидит Мандель без штанов. Захожу в женское общежитие — та же картина...» И опять — общее веселье."
          (Фрагмент)

          "Мы печатали в трех номерах воспоминания Е. А. Керсновской. В прошлом — мелкая бессарабская помещица, настолько небогатая, что и пахать самой приходилось, она уже в преклонных годах написала эту книгу. А книга была поразительная: сама судьба автора, память, точнейшие подробности. Тут и предвоенная жизнь, и приход наших войск, освободивших ее от всего, чем жила, что имела; в летнем платьице схватили ее, посадили в битком набитый грузовик. А дальше — Сибирь. Эта женщина совершила невероятное: зимой, в страшный мороз, бежав с лесоповала, она с севера на юг прошла сибирскую тайгу, кормилась бог весть чем. Однажды удалось палкой убить утку. Съела ее сырой. Потом — лагеря. Когда мы печатали эту ее книгу (ее сразу же издали в Германии, еще где-то), Керсновская уже не вставала, жила она далеко от Москвы, мы посылали к ней редактора. Журнал наш не иллюстрированный, а Керсновская еще и рисовала прекрасно: была рукопись, и была пачка иллюстраций. Мы, конечно, отдали бы их в иллюстрированный журнал, предварительно напечатав воспоминания. И вдруг — номер «Знамени» еще в наборе, а в «Огоньке» неделя за неделей выходят иллюстрации Керсновской, и подписи кратко пересказывают содержание. И мы, открывшие эту вещь, гордившиеся ею, печатаем как бы уже известное читателям, вслед за «Огоньком» — из милости. Я до сих пор не знаю да и знать не хочу побудительные мотивы редактора отдела, которая тогда работала у нас и тайно передала иллюстрации в «Огонек». В наивность я не верю, а случайно такие вещи не делаются."
          (Фрагмент)

  • Русские мемуары — сборник "Русские мемуары: Избранные страницы. 1800–1825 гг."
  •       Первая четверть XIX столетия – один из самых значительных и замечательных периодов русской истории. Образ эпохи, ее атмосфера, исторический и нравственный облик, люди, оставившие яркий след на страницах истории того времени,– со всем этим познакомит читателя сборник «Русские мемуары». В книгу вошли фрагменты из записных книжек П. А. Вяземского, записки декабристов А. В. Поджио, И. Д. Якушкина, Н. Р. Цебрикова, ряд других интересных материалов.
          (Аннотация издательства)

          "Весною 1812 г. три брата Муравьевы, Александр, Николай и Михаил, которому не было еще шестнадцати лет, отправились в армию. Прошло много лет, прежде чем твердый, решительный, свободомыслящий и готовый жертвовать собою для блага России Михаил Муравьев превратился в жестокого крепостника, стал одним из самых бездушных столпов империи и, проведя резкую черту между собою и всеми братьями, произнес печально известную фразу: «Я не из тех Муравьевых, которых вешают, а из тех, которые вешают». В этой фразе — приговор истории Михаилу Муравьеву: после кровавого подавления Польского восстания 1863 г. он так и был прозван — «вешателем»."
          (Фрагмент)

  • Софья Каллистратова — книга "Заступница: Адвокат С.В. Каллистратова"
  •       В книге о Софье Васильевне Каллистратовой — юристе, адвокате, правозащитнице, замечательном человеке — собраны воспоминания ее соратников по правозащитному движению, биография, написанная дочерью на основе документов, семейных преданий, бесед со многими людьми, воспоминания внука, запечатлевшего живые черты бабушки и записавшего ее своеобразные устные миниатюрные новеллы, а также судебные речи, тексты выступлений и письма С.В. Каллистратовой.
          (Из предисловия)

  • Николай Великанов — книга "Измена маршалов" (О Блюхере)
  •       Какие только слухи не ходили в 20-х годах прошлого века о герое Гражданской войны, первом кавалере орденов Красного Знамени и Красной Звезды В.К. Блюхере. Писатель-эмигрант Роман Гуль еще при жизни назвал Блюхера «генералом Немо». «Ни в СССР, ни за границей, – утверждал он, – никому не известно: кто он на самом деле…» Французский публицист А. Роллен в статье «Маршал с железной маской Василий Константинович Блюхер», опубликованной 10 августа 1938 года в журнале «Тан», задавался вопросом: «Откуда появился этот маршал?.. Ему приписывали самые странные происхождения. Этим объясняются прозвища, которые часто давались ему: «загадочный капитан», «таинственный маршал», «человек с железной маской »… По мнению некоторых, он человек с плохим прошлым, преступник, освобожденный революцией, возможно даже, человек, руки которого обагрены кровью, и такой кровью, пролитие которой не может быть оправдано никакой теорией…
          Всегда казалось, что Блюхер может справиться с любым неожиданным положением. Это человек, созданный для исключительных положений. Он обладает даром импровизаций. В трудные моменты он всегда умел находить решение, а Богу одному известно, сколько авантюр было в его жизни. Их было столько, что даже самое богатое воображение не могло бы выдумать их».
          Парадоксально, но факт: мифы так крепко приросли к этому человеку, что стали непременным атрибутом его биографии и десятилетиями тиражируются в различных публикациях.
          И лишь в последнее время «белые пятна» в жизни знаменитого полководца начинают исчезать.
          Книга «Маршал в железной маске» – плод скрупулезного исследования архивных документов, глубокого изучения исторических материалов о жизни и деятельности легендарного военачальника, одного из пяти первых Маршалов Советского Союза Василия Константиновича Блюхера.
          (От автора)

  • Александр Верт (Англия) — книга "Россия в войне. 1941-1945"
  •       Корреспондент газеты «Санди таймс» и радиокомпании ВВС (Би-би-си) А. Верт находился в СССР с июля 1941 по 1946 год, а потом по собственным впечатлениям, документам и другим первоисточникам написал эту, по его словам, «человеческую историю». Впервые книга вышла в США в 1964 г., затем в Англии, Франции, ФРГ и других странах. Как там считали, она «открыла глаза» западным читателям на подлинные события, происходившие на Восточном фронте и в России. «Я делал все, что было в моих силах, чтобы рассказать Западу о военных усилиях советского народа», — отмечал Верт, имея в виду свою корреспондентскую деятельность. Эти слова можно отнести и к его книге.
          На русском языке она выходила в 1967 г, небольшим тиражом и с того времени не переиздавалась, стала библиографической редкостью.
          (Аннотация издательства)

  • Пётр Кропоткин — сборник статей "Взаимопомощь среди животных и людей"
  •       Петр Алексеевич Кропоткин (1842-1921) – русский социолог, географ и геолог. По своим философским и социологическим взглядам тяготел к природной естественности, к натурализму. Критически относился к диалектическим построениям всемирной истории Гегеля и теории классовой борьбы Маркса.
          Кропоткин полагал, что люди привыкли соотносить представления о цивилизации, о прогрессе с высшим уровнем морали, считать жизнь первобытного человека «золотым веком», состоянием «вечного мира». Иначе ведь и не могло быть: только солидарность первобытных «детей природы», окруженных кровожадными хищниками, бессильных и почти невооруженных, давала им шанс выжить, вырастить потомство.
          Последующее разделение первобытной орды на роды, племена, народы и возникающие между ними усобицы не изжили солидарность, а наоборот – вели ее развитие до самоотверженности. Потом пошли бесчисленные войны, прославление героизма как благородного и даже богоугодного занятия, – возник культ войны, который древний мыслитель запечатлел словами: «И ожесточился род людской сам на сам, человек на человека». В этот период разрушается человеческая солидарность и взаимопомощь и человечество входит в следующую стадию своего эволюционного и нравственного развития – наступает время морали культурной, т.е. меркантильной.
          Князь-бунтарь сформулировал «биологический закон взаимной помощи», имеющий силу как в природе, так и в человеческом обществе. Взаимная помощь есть «инстинкт общительности, который медленно развивался среди животных и людей в течение чрезвычайно долгого периода эволюции, с самых ранних ее стадий, и который научил в равной степени животных и людей сознавать ту силу, которую они приобретают, практикуя взаимную помощь и поддержку, и осознавать удовольствия, которые можно найти в общественной жизни».
          (Аннотация издательства)

  • Виталий Сёмин — повесть "Женя и Валентина"
  •       "...Играешь, например, в карты, мат стоит. Ты кричишь партнеру: «Такой-сякой, карту передергиваешь!» — «Кто передергивает?» — «Ты, так и перетак!» — «Что ты сказал? А ну, повтори!» Вот тут повторить нельзя. Ты кричишь: «Да я тебя в ухо, в глаз, в сестру, в отца и всех родственников!» Он и успокаивается. А если это у тебя не в крови, не в нервах — сбиться можно, тебя и заподозрят. Я многое знал, многое умел, но не все, а главное, ненавидел их. Ты говоришь, справедливость — несправедливость! Я на людей насмотрелся. Люди не за справедливостью идут — за силой. Это вы, интеллигенты, путаете. Я тебе скажу — в истории ничего, кроме силы, не было. Любая общественная организация на стороне тех, у кого нервная система сильнее. Я воров ненавидел, но я их и сейчас уважаю за силу духа. Сила — это ведь, Миша, не мышца, а дух. Понял? Это надо видеть."
          (Фрагмент)

  • Анатолий Кузнецов:

    — Рассказы "Леди Гамильтон", "«Мужчина, если ты отважный, приди ко мне»", "Августовский день"
    — Письма в Израиль (1964-1971)
    — Владимир Батшев. Очерк "Дело Анатолия Кузнецова" (PDF 222 kb)

  •       "Вам бы тоже не мешает знать. Сразу после войны браки с иностранцами были разрешены. Ну, мы были школьницами, бегали на открытые вечера в американское посольство, там шикарные фильмы крутили, с Гретой Гарбо, Чаплиным, я влюбилась в одного из шоферов посольства, он меня катал... Тогда это было можно, после войны американцы — союзники, такие, куда ж там, друзья. Он мне говорил, что он сын богатых родителей, захотел увидеть жизнь в СССР, скорее всего врал, мальчишка совсем, но долларов у него было, и, правда, без счета. И поженились. Молоденькие, такая любовь, такая любовь. У него кончался срок контракта, мы решили ехать к его родителям — где-то в Калифорнии. Я была на седьмом небе. Тут пришли и меня забрали. Нас набили целый поезд, таких жен иностранцев. Изменилась политика, в один день, как это у нас всегда. Я была беременна. Родила в мурманской тюрьме, уже на севере. Девочку на третий день отобрали. Конечно, наши мужья-иностранцы протестовали. Мы на что-то надеялись. Я потом узнала, что шум в мире некоторый был, их всех повысылали из Союза, они устраивали демонстрации в Вашингтоне перед советским посольством. А потом помалу затихло. Я вышла в пятьдесят седьмом году развалиной, реабилитированная... Вся леди тут. Хм... Как и не было молодости.
          — Пытались отыскать мужа?
          — Пыталась, но меня вызвали и разъяснили, что этого делать не следует. Я сама поняла тоже, что не надо.".
          (Фрагмент рассказа "Леди Гамильтон")

  • Олег Греченевский — книга "Истоки нашего "демократического" режима", части 36-38
  •       "Лех ВАЛЕНСА, 1943 года рождения. Был зарегистрирован как тайный агент Службы Безопасности МВД 29 декабря 1970 года. Завербовал его некий капитан Э.Грачик. Валенса получил тогда свой оперативный псевдоним — “Болек”. И чекисты сразу же стали получать от агента “Болека” обильную информацию о настроениях и разговорах среди рабочих Гданьской судоверфи – многие из этих доносов сохранились в архивах госбезопасности. За эти свои доносы Лех Валенса получал тогда денежное вознаграждение – в его личном деле тайного сотрудника имеются расписки: за время с 1971 по 1976 год им были получены от Службы Безопасности 13.100 злотых. Конечно, на такие деньги не проживешь — тогда рабочие получали зарплату порядка 2000 злотых в месяц. Но для такого мелкого стукача, каким был Лех Валенса до 1976 года, это был тогда неплохой “дополнительный заработок”…"
          (Фрагмент)

  • Некролог:"Не стало Григория Бакланова" на "Радио Свобода"
  • Некролог:"В Москве скончался бард Евгений Агранович" на портале "Лента.ру"
  • Некролог:"Умер главный редактор журнала "Вопросы литературы Лазарь Лазарев" на портале "Лента.ру"

Булгаковский Дом — музей Булгакова в Москве

Дизайн и разработка © Титиевский Виталий, 2005-2010.
MSIECP 800x600, 1024x768